Турфирмы, оформление виз, туры, посольства, билеты

О Байкал ДискавериБайкало-Монгольская АзияДневник путешествийДайджестФотогалереяКонтакты
Деятельность компании
Путешествия Байкал Дискавери
Главная Главная
Туры и программы Туры и программы
Архив Архив
Оплата пластиковой картой Оплата пластиковой картой
Информация об услугах
Размещение Размещение
Особые услуги Особые услуги
Фотогалерея
Online консультанты
Головченко Александра
Сервисы
Rambler's Top100

Rambler's Top100

  Главная arrow Байкало Монгольская Азия arrow Шлагбаум на границе  
 

ШЛАГБАУМ НА ГРАНИЦЕ

 

Статья А.П. Никифорова в журнале "Время Странствий" (№4, 2000 г.)

 

Впервые я столкнулся с проблемой  автопассажирского перехода для граждан третьих стран на российско-монгольской границе участка Монды - Ханк  в 1993 году.

Тогда,  с подачи  Владимира Бережных, уже  серьезно «болевшего» идеей создания Международного парка экотуризма  в  Байкало-Монгольской Азии,  меня порекомендовали  двум экспертам ООН.
Марк и Джефри — так звали этих двух граждан США, работали  по проекту ООН, направленному  на сохранение биоразнообразия Хубсугульского национального парка, прорабатывая стратегию развития Парка, как туристско-рекреационной зоны.

Должен сказать, — очень знающие и симпатичные американцы. Первый и существенный поток западных и японских туристов на озеро Хубсугул  через Хатгал явился  результатом их непосредственной работы.

В Тункинскую долину Марк и Джефри приехали из Монголии, чтобы купить коней, необходимых им для работы на  Хубсугуле.  Дело в том, что монгольские кони — потомки тарпанов, — низкорослы.  Это очень удобно для конной езды, особенно для начинающих. Но как оказалось — это совсем не устраивало Марка и Джефри: им приходилось забираться в самые заповедные таежные места, и сидя на лошадином крупе преодолевать речки и болотистые участки. Устали они ноги задирать кверху, дабы  не замочиться. И все изза этой удобной низкорослости монгольских коней. 

Решили они сменить монгольских коней на бурятских, а заодно оценить «буферную» зону Тункинской долины.

После ряда приключений в Тунке, мы, наконец, купили в пос. Жемчуг отличных коней, — благо Марк, выросший на ранчо в Техасе прекрасно разбирался в конном вопросе. Коней, правда, в первую ночь  украли,  сняв с петель массивные,  запертые на чугунный замок ворота конторы национального парка в Кырене. Однако нам, используя примитивный следопытский метод, удалось вычислить конокрадов и вернуть коней  обратно.

Вот так получилось, что только этим коням и удалось  перейти границу на участке Монды-Ханх. Без своих новых хозяев, которые   вынужденно  пребывали в Мондах, пока я, уже вернувшись в Иркутск, пытался через все возможные структуры согласовать возможность пересечения этими  экспертами ООН из США  границы на участке Монды - Ханх. Но все безрезультатно: человека, принимающего решения в то время не было на месте, а «голубых» книжечек — мандатов ООН — с убедительной просьбой высшего начальства ООН к властям всех стран содействовать предъявителям данных мандатов — было далеко не достаточно; благие желания и планы американцев  разбились о неприступный — для граждан третьих стран — шлагбаум КПП у  поселка Монды.

И вот,  в июле этого года мне довелось  в составе небольшой экспедиции, в которой участвовали  и два гражданина третьих стран — англичане, пройти по маршруту через КПП  Монды - Ханх, в район  реки Ихь-Нойон-Гол на оз. Хубсугул.

Целью экспедиции  являлись анализ туристско-рекреационных возможностей, детальная разработка будущих маршрутов южной части Хубсугула, его  восточного берега наименее отдаленных  от границы в Ханх - Монды.

Спонсором экспедиции, лично почти покрывшим все затраты на ее осуществление, стал главный представитель «Бритиш Петролиум» г-н Кристофер Слэден. Все организационные вопросы, включая получение необходимых разрешений и согласования с соответствующими властями обеих стран,   взял на себя Байкал Бизнес Центр.

Должен отметить, что российские пограничные власти очень четко отреагировали на выдачу разрешения для двух англичан. Иркутское пограничное начальство проявило истинную заботу о нашей экспедиции, и, учитывая участие в ней двух англичан,  убедительно рекомендовало  согласовать с монгольской стороной все вопросы до мелочей. Как выяснилось, не зря…

Когда мы прибыли на КПП  у поселка Монды, — о нас знали. Кстати, даже коротко понаблюдав за службой наших пограничников, как на погранзаставе, так и на КПП, я убедился, что далеко не все в России развалено — то, что я смог увидеть здесь свидетельствовало о дисциплине, четко отлаженном армейском механизме. И это несмотря на очевидную  нехватку средств. А будь этот переход международным — платежей, сборов от потока экотуристов и вседорожников  было бы достаточно.

На монгольском КПП было сложнее. Но вооруженные необходимыми документами и рекомендациями, зная, что из Улан-Батора должна была поступить радиограмма о наших англичанах,  мы  после некоторых казусов далее тронулись в путь — уже по монгольской территории.

В поселке Ханх, или Турт — как иногда он называется на карте,  находящемся прямо  на берегу Хубсугула, в 23 км от границы,  мы заехали в контору Хубсугульского национального парка, зарегистрировали и оплатили  за три единицы автотранспорта, пребывание 8 человек на территории парка, а также — за лицензию на рыбалку, т.е. соблюли все формальности.

Затем, наступил самый сложный отрезок нашего пути до р. Ихь-Ноен.
Через 56 км дорогу уже сложно было назвать таковой. Первая переправа «автобродом» — через приток  р. Ханх-Гол,  не менее сложное преодоление рек Тойн и Джилге — по полуразвалившемуся мосту. Болотистые места преодолевали достаточно лихо после того как в прошлом профессиональный охотник, рыбак и опытный водитель Василий Попов , выйдя из своей «Нивы» перед очередным препятствием и оценив его, выбирал правильную траекторию хода машины, и за ним следовали полностью загруженный бортовой «УАЗ» и «Паджеро» с англичанами.  Наша «Нива» еще раз показала свою универсальность и проходимость; в последствии  англичане, совершая выезды из базового лагеря   за перевал Бага-Голын,  предпочли сменить комфорт «Паджеро» на вездесущую и юркую «Ниву». 

Оставшееся  расстояние  в 35 км от Ханха  до реки Ихь-Ноен  нам удалось пройти за 3 часа — и это после недели дождей.
Природа, окружавшая нас, была сродни  Байкалу. Но Хубсугул находится почти в два раза выше над уровнем моря, чем Байкал,  что придает ему больше особенностей, присущих альпийскому климату.
 Вся усталость прошла и трудности, связанные с маршрутом были  забыты как только мы добрались до  впадения р. Ихь-Ноен в озеро Хубсугул: сказочно девственная природа,  чистейший воздух  и замысловатые пейзажи окружали наш  лагерь.

Кстати, по правилам Хубсугульского национального парка располагать лагерь можно не менее чем в 50 метрах от озера,  а машины парковать  не более чем в 50 метрах от дорог; существует  требование использовать старые кострища — если рейнджер парка найдет старое кострище на расстоянии 50 метрах от  костра  в вашем лагере, он имеет право вас оштрафовать; рекомендуется не разбивать лагерь менее чем в 300 метрах от жилых юрт без разрешения на то самих обитателей.

Впрочем, сами обитатели здешних юрт — очень доброжелательны, всегда постараются помочь, если точно поймут что вам нужно. Уже на второй день нашего пребывания к нам стали заглядывать монголы, появлявшиеся внезапно, верхом  будто выраставшие из леса. Один из них — Батаар, живший в двух войлочных юртах и семьей из 4 дочерей и 5 сыновей  в 7 км от нашего лагеря, как  истинный монгольский скотовод держит 25 коз, 29 баранов, 7 коней и 12 яков.  Мы  вежливо и обеими руками, сложенными по монгольскому обычаю, вручили  ему несколько пачек сигарет, а через день он привез нам гостинец — этак с три кило свежего козьего масла. И так же вежливо, присев у бивака и увидев помидоры, попросил у нас парочку —  дать попробовать жене.

У другого монгола по сходной цене — всего за  750 рублей — купили целого барана. Правда, хорхог - национальное блюдо монголов из баранины, мы не приготовили, но зато бухлер по-бурятски получился отменный. Ну и естественно, в рыбных блюдах  наше меню не знало недостатка. Благо рыбы в Хубсугуле — более чем предостаточно: согни палец крючком в воде, и то может клюнуть. Почти весь наш улов состоял из полуметровых ленков, пойманных на блесну. Сами же монголы рыбу не ловят, относятся к ней полубрезгливо,  и в пищу потребляют редко. Что касается провианта, если его не достает, — на Хубсугуле и среди монголов экотуристам  не быть с полупустыми животами.

Заинтересованность  у местных монголов  в иностранных посетителях  этого района Хубсугула, почти не посещаемого иностранцами, присутствует, несомненно. Ведь кроме просто человеческого общения с чужеземцами, привносящего  некоторое разнообразие в  размеренный уклад жизни монголов, для них  присутствие туристов - отличная возможность заработать каюром, проводником, просто сторожем, или же на снабжении провиантом, рейнджерских и других услугах. На российских туристах, привыкших к относительной самостоятельности при прохождении маршрута, монголу не заработать так, как это можно на тех, кто из третьих стран.
Наша экспедиция имела успех - собран хороший материал, который скоро будет дополнен и значительно расширен   информацией от Владимира Бережных, после отъезда основной группы вдвоем с сыном продолжившего, как и планировалось, экспедицию  до Хатгала  и далее — в Дархатскую котловину.

Но проблема автоперехода для граждан третьих стран на участке границы Монды - Ханх, Кяхта - Алтан Булак, все-таки  остается нерешенной.  Деньги на обустройство  погранично-таможенных  постов, создание необходимой инфраструктуры на этих участках в соответствии с международными стандартами не найдены ( а это , по некоторым оценкам,  порядка 3,5 млн долларов). Развитие  и плановое, нормальное осуществление уникальных тур. продуктов «Чайный Путь» и «Байкало-Монгольское Сафари» не возможно без решения этой проблемы.

Мы не раз обращались в различные высокие инстанции, но, как видится, — все упирается в финансирование.

Не говоря о потенциальных иностранных туристах, путешествующих из Европы либо Америки, которые могли бы с удовольствием последовать по вышеназванным маршрутам, в близком для нас Улан-Баторе  постоянно  проживает и работает  более 60 тысяч иностранцев, которые при создании необходимых  условий с удовольствием  пользовались бы автодорожным переходом в Кяхте или Монды.

В 1998 г.  мы предложили  ряду дипломатов,  аккредитованных в Монголии, совершить на джипах тур по маршруту «Чайного Пути» из Улан-Батора, через Кяхту и Улан Уде, в Иркутск и  далее по Байкалу. Тур прошел  на «ура». Временный поверенный в делах Франции в Монголии Жан Пьер Готард  от имени всех участников пробега выразил восхищение этим маршрутом, его привлекательностью и необычностью. Уже два года прошло, а г-н Готард нет-нет, да и порекомендует кому-либо проехать по данному маршруту. Вот до чего свежи его  воспоминания.

Но понятно,  что настоящее движение возможно только в условиях,   когда туроператор уверен, что на предлагаемом маршруте путь  туристов свободен при наличии визы и соблюдении  туристских формальностей,  и что, кроме   природных бедствий, революций , других естественных форс-мажоров  ничто не может помешать туроператору  планировать работу  и продавать данный тур  как за полгода или месяц,  так за неделю, или даже за  день до его начала.

Международный опыт, да  и наш местный, — пусть и в небольшом масштабе, — показывают, что уровень жизни населения, проживающего вдоль популярных экотуристских маршрутов улучшается, создаются рабочие места, привлекаются инвестиции в индустрию гостеприимства,  появляется много больше средств на природоохранные меры.

Надо надеяться, что Байкальский экономический форум, послужив более тесной связи со странами Азиатско-Тихоокеанского региона, поможет и скорейшему совместному и одновременному решению Россией и Монголией проблемы получения международного статуса международным переходам  Монды - Ханх и  Кяхта - Алтан Булак.

 

Алексей НИКИФОРОВ,
директор отеля и бюро путешествий Байкал Бизнес Центра, координатор программ Сибирской туристской организации.

 
 
Baikal Discovery
(C) 2002-2006
design by
Webstudia.ru