Турфирмы, оформление виз, туры, посольства, билеты

О Байкал ДискавериБайкало-Монгольская АзияДневник путешествийДайджестФотогалереяКонтакты
Деятельность компании
Путешествия Байкал Дискавери
Главная Главная
Туры и программы Туры и программы
Архив Архив
Оплата пластиковой картой Оплата пластиковой картой
Информация об услугах
Размещение Размещение
Особые услуги Особые услуги
Фотогалерея
Online консультанты
Головченко Александра
Сервисы
Rambler's Top100

Rambler's Top100

  Главная arrow Дневник путешествий arrow Байкальское кольцо  
 

Отдых на Байкале

 

БАЙКАЛЬСКОЕ КОЛЬЦО

 

На Байкале надо побывать. Не ради галочки и не ради престижа, а потому что сама жизнь будет неполной, если в ней не будет плеска байкальских волн, холодного дыхания Баргузина и открывающихся с высоких скалистых берегов бескрайних пейзажей.

Столица Восточной Сибири – Иркутск встретил меня холодным проливным дождем и ароматным чаем из таежных трав. Обхватив обеими руками берестяную кружку, через окно экскурсионного автобуса я вглядывалась в смутные очертания города, который с каждой минутой поражал все больше. Где-то там за туманом этот город был из стекла и бетона, а здесь, в самом центре он походил на сибирскую деревню: основательные, изредка покосившиеся дома, широкие наличники на окнах. Улица за улицей тянулись деревянные строения с затейливой резьбой.

…И вот я уже стою у высокого плотно сомкнувшего ряды бревен частокола рядом с потемневшим от дождя срубом проезжей башни острога с часовней "на свесях" и слушаю рассказ об освоении казаками Сибири. В музее «Тальцы» тихо и пустынно. Церкви, часовни, крестьянские усадьбы, качели – широкая доска на веревках, школа. В гончарной мастерской из бесформенного куска глины мастер делает затейливые свистульки в виде нерп. Демонстрирует вошедшим. Слыша пронзительный звук, забавно крутит головой и поскуливает на полу щенок спаниеля. Смеемся. Раньше думала, что самый грандиозный музей деревянного зодчества в Кижах, теперь понимаю, что ошибалась.

В «бурятской части» музея пытаюсь запомнить правила посещения юрты (вдруг пригодится!): на порог не наступать, в огонь ничего не бросать, не касаться ножом огня, поклажу оставлять снаружи, принимать подношение двумя или правой рукой. Перед юртой – непременный атрибут - вкопанный в землю деревянный столб – сэргэ, символ рода. С виду резное украшение, на самом деле – коновязь.

Перешагиваю порог, захожу в деревянную юрту. В центре в углублении - очаг, по периметру сундуки, кровать, национальная одежда, низенький столик с посудой, детские игрушки, конская сбруя. На стенах – войлочные ковры… Во всем особый смысл. В традициях - уважение к природе, к старшим, к священным местам - и в действиях и в мыслях. Байкал в этом смысле и живой и священный.
Первая встреча с озером в поселке Листвянка – сумбурная. "Старик" не в настроении: в серой воде отражается блеклое небо. Накатывает усталость: пять часов разницы с Москвой, такой же продолжительности бессонный перелет и целый день насыщенной жизни в Сибири. Уже даже нет сил оценить просторную комнату с камином в частной гостинице, я просто падаю в ночь…
На следующее утро Байкал – совсем другой, в синем костюме и белой рубашке облаков...

Подойдя к берегу, лязгнул металлической челюстью паром, одним махом выплюнул несколько экскурсионных групп, подождал, пока палуба вновь заполнится туристами, и быстрее ветра помчался в порт Байкал - к дремлющей вблизи истока Ангары высокой скалисто-травяной сопке, поросшей редкими деревцами. У ее подножия бело-голубой гусеницей в ожидании пассажиров уже вытянулся экскурсионный туристический поезд…

Отправление задерживалось. В вагоне - комфортно, мягкие кресла с откидными столиками, бар, заботливая девушка-проводница. На платформе пахнет краской и свежими досками – вскоре всех прибывающих по Кругобайкальской железной дороге будет встречать здание нового вокзала.

Наконец, поезд издал три протяжных гудка, и, вздрогнув, как-то нехотя тронулся. За окном медленно поплыли картины с видами бухт, приютивших яхты, уходящих далеко в воду лесистых мысов. Поезд шел всего в нескольких метрах от кромки воды, так близко, что через прозрачную воду Байкалу было видно дно, мимо выложенных камнем стенок, изредка исчезая в тоннелях, которые прорезали горы. Время от времени состав останавливался, чтобы туристы могли вблизи рассмотреть созданные титаническим трудом столетие назад галереи и мосты, итальянские стенки и виадуки.

В прошлом Кругобайкальскую железную дорогу, соединявшую разорванную Байкалом Транссибирскую магистраль, из-за огромной стоимости работ называли не иначе как «золотой пряжкой стального пояса России». Сегодня при всей своей архитектурной красоте КБЖД, а точнее ее незатопленная Иркутским водохранилищем часть, больше смахивает на изящную декорацию к спектаклю, где главную роль играет сам Байкал.

Поезд все также мерно отстукивал колесами километры, а за окнами стали появляться деревни в несколько домов, отодвинулись скалы. В Слюдянке, знаменитой мраморным зданием железнодорожного вокзала и частным музеем минералов Жигалова, -пересадка на ночной поезд до Улан-Удэ, столицы Республики Бурятия.
Новое утро – новый ландшафт. Вместо уже ставшего привычным пейзажа – низкие лысые сопки и широкая река с травяными островами.

…На главной площади Улан-Удэ – гигантская голова Ленина, за городом – степь, посередине степи – буддийский монастырь – Иволгинский дацан - с желтыми крышами храмов, будто взлетающими коврами-самолетами.

У расписных ворот ожидает хуварак - студент. На лице смирение, в голове – древнее учение.
– Пойдемте, я покажу Вам дацан.
Он ведет по тропинке, протоптанной по внутреннему периметру монастыря, мимо больших и маленьких барабанов…. Бросаю в ящик монетку. Ухватившись за деревянный цилиндр рукой, тяну его за собой. Как повернул барабан - считай, что ты в шоколаде. Хочешь удачи в жизни, купи флажок, напиши на нем имя и привяжи полотнище к ветке дерева - только повыше, чтобы козы не дотянулись – ветер будет его трепать, желания сами собой исполняться….

Рассказ хуварака об истории создания дацана, о том, как устроена Вселенная, о голодных духах, о любви к знаниям, о нетленном теле ламы Итигэлова, о том, почему он сам хочет стать ламой, льется размеренно и неторопливо. В тот момент, когда я уже готова поверить, что до встречи с ним жила неправильно, он неожиданно сообщает, что многословие – это зло, во время разговоров теряется энергия… И мой главный вопрос повисает в воздухе… Молча идем в храм. Пока он творит земные поклоны, я рассматриваю храм, от обилия разноцветных богов и благовоний кругом идет голова…
- Лама, скажи, что со мной?
Лама-лекарь с Тибета обхватывает пальцами мою руку ниже запястья, «слушает» биение сердца.
- Все хорошо!
- Спасибо, лама, пусть хранят тебя твои боги!

…Выходишь из монастыря, как из волшебной сказки вываливаешься, даже как-то грустно становится. Как не пойти с тоски в стилизованный под юрт-городок ресторан? В изысканных интерьерах подают позы - мешочки из теста с мясной начинкой и своими правилами употребления в пищу. Этот большой пельмень едят руками, надкусывают сверху, втягивают в себя бульон, и только потом кусают за аппетитный бок. И не дай Вам бог укусить его раньше, чем Вы выпьете бульон!

Позные, то есть те закусочные, где предлагают позы, распространены в Бурятии также широко, как в Москве Макдоналдс. Но только в нескольких местах можно отведать настоящих поз – свежевылепленных, с начинкой из рубленого мяса…
В ресторане позы были правильными. А еще здесь были правильными саламат – вареная с мукой сметана, бухулер – бульон, где кусков мяса едва ли не больше, чем самого бульона, и, конечно, традиционный зеленый чай с молоком.

И снова дорога, теперь долгая дорога в Усть-Баргузин…
Короткая остановка на перевале, чтобы отдать дань уважения духам долин. Бросаю в гущу ветвей, пестрящих разноцветными ленточками, монетку, слышен характерный звук удара металла о металл. Путешественники свято чтят традиции. Бурханят: брызгают водкой вверх – небожителям, на стороны света, вниз - подземным духам…
За окном автобуса бесконечные леса…

Усть-Баргузин – большой поселок с крепкими домами, со школой, магазинами, рыбным рынком, где продают копченых омуля и сига, с паромной переправой - туристами не избалован. Большинство приезжающих минуют поселок, чтобы разбить палаточный лагерь на территории Забайкальского национального парка – на самом берегу Байкала. Для тех, кто к подобному единению с природой не готов, единственный вариант размещения – в гостевых домах. Ощущение от пребывания в семьях примерно такое же, как в гостях у дальних родственников, к которым приезжаешь с подарками раз в десять лет. Тебя стараются сытно накормить и показать все самое интересное, за тем лишь исключением, что от тебя не ждут рассказа, как ты жил эти годы и чего достиг, зато хозяева с удовольствием говорят о своей жизни вблизи Байкала, об истории края, и, конечно, о Баргузинской долине - месте, где зарождается один из самых известных на Байкале ветров, где шаманы поклоняются древнему быку, зубастые скалы покрыты древними рисунками, а на горе стоит саксонский замок. И, наконец, где расположен гигантский сад камней, которому может позавидовать любой японец.

Время словно остановилось в долине. Шум ветра, стрекотание кузнечиков, неторопливо плывущие белые облака над такими же белыми солончаками. Легенды говорят, что долина была родиной матери Чингисхана, а сам великий правитель ездил поклониться могилам предков. Кто знает, быть может, и сам он нашел здесь место последнего успокоения.

Над поселком Суво высятся причудливые скалы. Издалека они выглядят точь-в-точь как руины рыцарского замка. Встанешь у подножия такой скалы – и долина как на ладони: голубые озера в степи, вьющиеся среди камней ленты рек – до самых гор. Удивительная, необыкновенная красота!

Давным-давно, в те времена, когда буряты перегоняли на зиму скот в читинские земли, один бык так полюбил долину, что не захотел уходить из нее. Трижды его насильно уводили, но каждый раз он возвращался обратно, пока не превратился в камень и не остался в этой долине навсегда, чтобы быть ее вечным хранителем. Теперь сила, которая оберегает всех жителей долины, заключена в камне Бухэ-Шулун (Бык-камень).

Позади остались Усть-Баргузин и его гостеприимные жители, впереди - посадка на корабль и многочасовое путешествие до Ольхона. По палубе гуляет пронизывающий насквозь холодный ветер. Но мысли спрятаться от него даже не возникает.

Уйти вниз, в каюту, значит, не увидеть самого Байкала, его синих волн с белыми барашками, скалистых берегов, покрытых соснами, гор на горизонте, и не испытать непонятного счастья только от того, что ты все это видишь собственными глазами, и чувствуешь, как начинаешь жить в другом, в едином с Байкалом ритме.
Теплоход методично продвигается вперед. Меняются очертания Ушканьих островов. Вроде до них рукой подать, а проходит час, два, три, корабль все перешагивает с волны на волну, а острова становятся лишь чуть ближе, чуть больше. Целая вечность пройдет, пока из смутных, едва угадывающихся на горизонте, они превратятся в поросшие лесом махины.

На островах, название которых уже долгие годы, на различный манер интерпретирует не одно поколение исследователей, живет нерпа. Этих симпатичных зверушек русские, появившись в Сибири, поначалу называли по-своему – «морскими зайцами», «ушканами». Говорят, потому и закрепилось за нерпичьими островами название Ушканьи. Другие считают количество зайцев на островах, а третьи уверены, что острова торчат из воды, как заячьи уши. Самое удивительное, что на островах больше всего…муравьев. Они деловито снуют по деревянным дорожкам, проложенным на островах, и чувствуют себя настоящими хозяевами.
И все же, люди, изредка появляясь на заповедных островах, ищут встречи с нерпой, считая ее фотографии необыкновенной удачей, потому как, едва заслышав человека, в один момент нерпа скатывается на животе с большого камня в воду, и появляется едва различимой точкой в нескольких десятках, а то и сотнях метрах от берега.

К причалу на Ольхоне теплоход пришвартовался далеко за полночь, поэтому рассмотреть, что представляет собой туристический центр, я смогла уже только утром. Хужир – большая деревня, в которую только недавно дали свет, проложив электрический кабель по дну озера, что, правда, совершенно не мешает ночью поселку погружаться во тьму: фонари не работают, и тогда его освещает своим щедрым светом луна. Романтика. Многочисленные иностранцы воспринимают отсутствие сервиса как необходимый элемент экзотики и валят на Ольхон толпами.

Впрочем, вряд ли кому-то может прийти в голову шальная мысль ехать сюда за сервисом, хотя и пляж здесь отменный и солнечных дней больше чем где бы то ни было на Байкале. По собственным наблюдениям, сюда едут, чтобы посмотреть со скал на озеро или опять же на озеро, но с высоких сопок, чтобы потом, сидя возле Шаманки накануне отъезда и ощущая полную гармонию в душе, сказать самому себе: «Я был на Байкале!»

…Я замкнула байкальское кольцо за 12 дней, навсегда оставив в своей памяти любопытный взгляд бездонных черных глаз нерпы, тихий шелест разноцветных тканых лоскутков на священных коновязях, протяжный скрип барабанов в буддийском монастыре, «снег» солончаков Баргузинской долины и очертания синих гор над серебристой гладью байкальской воды.

 

Программа тура БАЙКАЛЬСКОЕ КОЛЬЦО (лето 2012)

 

Автор: Богатырева Елена,

опубликовано в журнале "Туризм и отдых" №16 в апреле 2006 г.

Источник в интернете: http://www.adrenalinetour.ru/baikalcircle.html

 
 
Baikal Discovery
(C) 2002-2006
design by
Webstudia.ru